ashpi (ashpi) wrote,
ashpi
ashpi

Феномен Народного губернатора: 10 лет спустя

Сегодня мы сделали это! Провели "круглый стол" в память о "народном губернаторе", 10 лет назад победившем на выборах вопреки всему.

Когда шли потом оттуда с бывшим редактором некогда знаменитого "Банкфакса", он поделился впечатлением: "Надо же, получилась такая живая дискуссия - как в те годы, когда у нас это было нормой..." Значит, не зря.

Вот видео, сделанное по "горячим следам" Василием Сташко:



Другие материалы об этом довольно интересном "круглом столе" будут сюда добавлены позже.

***
UPD Статья:

В Барнауле обсудили феномен Михаила Евдокимова

ПОЛИТСИБРУ, 9 апреля 2014 г.

На прошлой неделе в Барнауле прошел «круглый стол» «Губернаторские выборы возвращаются. Феномен «народного губернатора»: 10 лет спустя».

ks



Участники дискуссии, несмотря на то, что многие позитивно относятся к Евдокимову, признали, что в администрации края при нем были «бардак» и кадровая чехарда; выборы 2004 года нельзя признать «безупречными», поскольку избирателями манипулировали (был, например, выставлен однофамилец действующего губернатора Александра Сурикова); Евдокимов плохо разбирался в людях и хорошо бы справился с губернаторскими обязанностями, если бы в них входило только разрезание ленточек.

Константин Емешин, общественный деятель

- Действительно, были выборы, и это было выражение настроения электората. Другое дело, что большинство сошлось во мнении, что это было некое протестное голосование. Но, тем не менее, этот феномен выборов проявился. <…>

Мы все прекрасно понимаем, что была попытка инкорпорации чужих людей. У нас были устоявшиеся определенные группы элитарные, и была попытка внедриться представителей другой элиты. Я бы выделил три группы, которые пытались и зашли в край с Михаилом Сергеевичем [Евдокимовым]. Это, конечно, группа уникального человека Баклицкого (Леонид Баклицкий – вице-губернатор в администрации Михаила Евдокимова. – «ПОЛИТСИБРУ».), к которому больше всего было вопросов. И когда мы говорили, что в администрации бардак, то я вам хочу сказать, что там был бардак своеобразный. Была администрация в администрации, которой руководил Баклицкий. <…> И только потом, к концу, накануне гибели, удалось каким-то образом убрать эту группировку, отодвинуть. <…>

На угольный рынок заходила группа элиты в лице Анцупова. Но они не получали больших постов, он только получил на четвертом этаже кабинет, но в конце концов Михаил Сергеевич [Евдокимов] и эту группировку убрал.

И основная была группировка - это сторонники его поддержки из Новосибирска в лице Борматова (Василий Борматов – вице-губернатор в администрации Михаила Евдокимова. – «ПОЛИТСИБРУ».) и так далее. <…>

И все три эти группы были в конце концов убраны, и вошли туда [в администрацию края], как вы знаете, наши представители - и Григорьев, и Попов, и Сарычев (Святослав Григорьев, Владимир Попов, Алексей Сарычев – вице-губернаторы в администрации Михаила Евдокимова. – «ПОЛИТСИБРУ»).

Юрий Чернышов, профессор АлтГУ, директор Алтайской школы политических исследований

- У меня такое ощущение, что история похода во власть Евдокимова не написана и не скоро будет написана. Причем, история не какая-то эмоционально окрашенная, тенденциозная, а реальная история, как это было на самом деле. <…>

По сути, какой период ни возьми этой истории - там все неоднозначно. Такое ощущение, что ни в коем случае нельзя однозначные оценки давать ни периоду, когда Евдокимов только задумал пойти в губернаторы. Там все очень сложно, там непростая история, что вот простой артист решил ни с того, ни с сего и у него получилось. За ним стояли довольно серьезные силы, и была поддержка из Москвы, и была даже встреча с Путиным в 2003 году, когда, по его словам [Евдокимова], по крайней мере, он обсуждал эту тему. И потом, по воспоминаниям политтехнологов, мощный десант высадился, собранный из разных городов страны, и работал уже в январе 2004 года здесь в Барнауле. <…>

И потом во время выборов, вспомните, кого там только не было среди кандидатов. И был двойник, который, кстати говоря, оттянул ровно столько, сколько не хватило [Александру Сурикову]. То есть, сказать, что эти выборы были безупречными, язык не повернется у тех, кто знает подробности. Потому что, к сожалению, наступила эпоха манипуляций на выборах. И эти выборы не были исключением, а скорее наоборот Алтай увидел то, чего раньше не видел в смысле технологий хитрых. <…>

Все неоднозначно и во время губернаторства. Часто смешивают людей из команды Евдокимова и самого Евдокимова. Мне кажется, надо различать, потому что Евдокимов в конечном итоге выступил, увы, как человек несколько идеалистичный и слишком доверявший людям, которые его подвели. <…>

Сам Евдокимов… По его поступкам, особенно в последний период, прослеживается, все-таки, что он не таким человеком был. Он почувствовал, что у него есть миссия. Вот это далеко не все комментаторы, по-моему, понимают. Это все равно, что сказать: Евдокимов - плохой губернатор, не справился. Извините за сравнение не очень корректное, но это все равно, что сказать, что Иисус Христос был плохой проповедник, потому что его ученики его предали. Апостол Петр предал, Иуда его предал. Его арестовали, его казнили с позором. И, казалось бы, все, никакого результата не было. Понимаете, это был, все-таки, экстраординарный случай в нашей истории. Его надо изучать, его надо осмысливать, и не стоит слишком примитивно подходить к оценке мотивации, потому что у него [Евдокимова] был выбор. Он мог спокойно уйти с этого поста, ему предлагали, ему говорили: напиши письмо о выражении доверия. Помните, такая форма была. На «Эхе Москвы» его спросили: если вам предложат уйти, вы уйдете? Он ответил: пока народ не скажет, чтобы я уходил, я не уйду. Он понимал, что он смертельно рискует, и он чувствовал свою миссию. У меня такое ощущение, что он действительно хотел помочь землякам. Как он это видел… Пусть у него не было опыта административного, пусть он плохо разбирался в людях, но если говорить о реальных результатах, то он сделал половину дела. Алтай находился в застое, в очень прочном и давнем застое, еще со времен советских многие традиции оставались законсервированными, и это тормозило развитие. И кланы сложились вокруг власти, которые надо было бы, конечно, сменить. Он это сделал, он снял весь верхний эшелон в административной власти, тем самым расчистил дорогу для нового поколения политиков, в чем нуждался как раз Алтайский край остро.

Геннадий Шейда, общественный деятель

- Действительно, феноменальное событие учинил Алтайский край 10 лет назад. По сути дела, может быть, это даже были не выборы, а некое послание избирателей Алтайского края. Причем это послание не только региональной власти, это было послание власти в целом, на мой взгляд. И, на мой взгляд, тайный код этого послания до конца не расшифрован. <…>

Каковы же основные уроки десятилетней давности? На мой взгляд, два основных урока. Первый урок – необходимо знать реальное мнение людей. Второй урок – нельзя без системной опоры, без укорененности в систему, без опоры на элиты удержать власть. Придти к власти еще можно, а вот удержать власть не реально. <…>

Политологи отмечают, что у общества постоянно существует запрос на обновление элит. Мы помним, что Александр Александрович [Суриков] проработал два срока. Мы помним это уставание. Мы помним, что начинаются дискуссии внутри его команды о том, что, может быть, нам подумать о смене лидера. Обсуждалась кандидатура Чертова (Николай Чертов – первый вице-губернатор в администрации Александра Сурикова. – «ПОЛИТСИБРУ.), в частности. Однако на тот момент региональная элита не смогла, во-первых, убедить лидера края о необходимости ротации, а во-вторых, не прислушивалась к социологам, а может быть, не было серьезных социологических исследований, что в обществе назрел запрос.

Виталий Сафронов, председатель фракции КПРФ в АКЗС

- Почему проиграл Суриков? <…> По моему убеждению, Суриков проиграл по целому ряду моментов. Прежде всего, вспомним ту экономическую ситуацию, которая была в стране и в крае. Были огромные долги по заработной плате и в трудовых коллективах, и даже среди чиновников. Второе. Суриков вел жесткую линию в смысле повышения зарплаты чиновников. Она была самая низкая, наверное, во всей России. Он говорил: народ живет плохо, повышать не будем. И чиновники явно были недовольны, даже непосредственно в краевой администрации. И третий момент я бы отмети такой: два предыдущих созыва компартия его [Сурикова] выдвигала, поддерживала активно. В данном случае Александр Александрович заколебался, начал играть и налево, и направо. Некоторые заявления стал делать критические в адрес компартии. Планировалось, и уже была работа проведена, что штаб предвыборный возглавит Чертов и ряд специалистов, но в силу определенных обстоятельств штаб возглавил Германенко Владимир Сергеевич (Владимир Германенко в 2004 году был членом Совета Федерации. – «ПОЛИТСИБРУ».), который вообще этими вопросами никогда не занимался. И штаб работал безобразно, плохо, шапкозакидательски. <…>

Люди ждали перемен к лучшему, Суриков никаких обещаний не высказывал, говорил, что ситуация трудная, тяжелая, будем пояса подтягивать. <…> А тут появилась команда с симпатичным, хорошим нашим земляком приятным, обещает хорошо и многое.

Сергей Асеев, доцент кафедры политологии АлтГУ

- 2002 – 2004 годы – это последний цикл противостояния бизнеса и власти в рамках электорального поля. Было противостояние административного ресурса и технологий. Первые, соответственно, ресурсы связаны со старой элитой, вторые, соответственно, с бизнесом и его деньгами. Это выборы в Красноярске, где достаточно эффективно, эффектно, молодежь от этих выборов была в восторге, на основе технологий победил Хлопонин. Понятен финансовый потенциал, понятны заинтересованные лица, все прошло предсказуемо. Усс и вся старая элита, сохранив, причем, свои посты, выборы с треском проиграла.

Второй пример – Башкирия. Про эти выборы очень не любят вспоминать, 2003 год. Когда я в свое время на конгрессе политологов начал сравнивать Алтай и Башкирию, представители Башкирии шепотом и с большими глазами говорили: а что, у вас можно про это говорить? Был период, 2003 год, когда пришел бизнес, связанный с углеводородным сырьем, и чуть-чуть не подвинул национальную элиту, которая считала, что она здесь контролирует все. Я всегда их параллелю с краем, поскольку показываю, что в Башкирии Кремль показал, как можно показать федеральные ресурсы. Там был очень сильный информационный удар из центра, там очень была сильная организационная поддержка. На этом фоне выборы в крае, действительно, шли вторым, если не третьим фоном, и Москву по большому счету не интересовали. Но, тем не менее, технологии здесь играли вовсю. <…> Необходимо говорить о наличии двух самых крупных консалтинговых компаний в России – «Имидж-контакт» и «Никколо-М» здесь работали, извините, не за идею. Огромные деньги за не совсем, я скажу, уж эффективные технологии.

Я общался и с Ермоловым (Николай Ермолов – вице-губернатор в администрации Михаила Евдокимова. – «ПОЛИТСИБРУ».), я общался и с москвичами из «Никколо-М», которые никак не воспринимали их, извините, идиотскую идею «Вторжение». Когда им объясняли, что этот проект в крае кроме смеха ничего не вызовет, был верх снобизма, фи и так далее. В результате они сели в лужу.

Я общался с административным ресурсом, и давайте говорить о том, что был первый тур, был второй тур. Первый тур администрация провела в позе страуса – закопали голову в песок, делали вид, что ничего не происходит. У меня осталась стенограмма с 14 февраля [2004 года], Русско-немецкий дом, ровно за месяц до первого тура, где черт меня дернул встать и сказать: по сравнению с соседними регионами мы имеем негативную социально-экономическую [ситуацию], протестный потенциал, а значит и возможность при наличии хороших технологий второго тура. <…>

Второй тур – кризис административного давления. Не буду затрагивать ход кампанию, скажу просто социологию. Когда общались с людьми, мы затрагивали разные группы, но в основном это были бюджетники. И реакция была очень показательна. Все люди говорили: в первом туре мы голосовали на ха-ха, показать власти, что не так все в шоколаде. <…> Второй тур – это была модель голосования на истерике. Их настолько задавили административным ресурсом, что пошел уже внутренний процесс - тварь ли я дрожащая или право имею.

Игорь Вольфсон, в 2004 – 2005 годах депутат краевого Совета народных депутатов

- Константин Николаевич [Емешин] Ермолова упомянул. Ермолов ушел одним из первых. У нас с ним нормальные отношения сложились, поскольку делом одним занимались по местному самоуправлению, и он мне объяснил, как он туда попал начальником штаба, когда к нему пришли и сказали, что надо свалить Сурикова в конкретном, неизвестно где находящемся Алтайском крае. Нашли человека-кандидата, денег немерено, нужен ты, как специалист, который сумеет возглавить. Все. <…> И он поэтому один из первых ушел, потому что понял, к чему дело идет.

Елена Клюшникова, руководитель фракции ЛДПР в АКЗС

- Я думаю, что Михаил Сергеевич [Евдокимов] очень хорошо бы выполнил свою миссию и очень хорошо бы выглядел в качестве губернатора, если бы в его обязанности входили исключительно представительские функции – резать ленточки, встречаться с трудовыми коллективами, вручать награды. И если бы при этом был очень хорошо отлаженный государственный механизм, технологии. А поскольку все работало в ручном режиме, ему необходимо было принимать самостоятельные управленческие, в том числе кадровые, решения. И цена ошибки любой была очень высока. Это все прекрасно понимают. <…>

Скорее всего, все посты были поделены, и у него были определенные обязательства перед людьми, которые спонсировали его выборы, и это все было предопределено заранее. Поэтому, думаю, вся эта история, если бы она не кончилась трагедией, она бы кончилась определенным фарсом. Здесь особых шансов у него не было.

Алексей Сарычев, вице-губернатор в администрации Михаила Евдокимова

- Это, наверное, что скажу, там одно предложение имеет отношение к «круглому столу». Вот два момента хотел бы высказать. Первое, как я попал в администрацию. Когда Михаил Сергеевич [Евдокимов] мне предложил, естественно, я всегда следил за ситуацией в крае и приезжал сюда периодически и так далее. Я понимал, что, в общем, вопрос такой не простой. Но я согласился. И, естественно, согласился… Но сейчас не тема говорить на это, но, тем не менее, мы с Михаилом Сергеевичем Козловым (Михаил Козлов – и.о. первого вице-губернатора в администрации Михаила Евдокимова. – «ПОЛИТСИБРУ».) вот в такой связке за начало нашей совместной работы удалось немного начать реформирование исполнительной власти. Ну, и вы помните, в тот период как раз были освобождены по разным причинам Баклицкий, Григорьев, Тен, Кочергин и так далее. Многих, конечно, были мои предложения и в аппарате освободить, не в силу того, что они плохие или хорошие… Ну, какая-то команда должна была быть. Но когда я узнавал, что у того или иного руководителя там пять детей, у меня просто у самого трое детей, поэтому я даже не мог в такой ситуации принимать такое решение и Михаила Сергеевича убеждать. Поэтому вот такие житейские были темы.

И второе. Сейчас нередко пишут о выборах, в том числе и моя кандидатура. Но это не пауза, что я до сих пор не объявил о своем желании, поскольку, первое, надо ездить по краю и встречаться. И встречаюсь с политическими лидерами, с общественными организациями, и поверьте, если я почувствую хоть малейшую зацепку, что есть возможность преодолеть этот [муниципальный] фильтр, решение будет принято сразу же. Поэтому в этой части я думаю так.


Tags: выборы: тенденции и прогнозы, дело евдокимова
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments